triglochin

Селине

Кармель, 13 августа 1893 г.

J.M.J.T.
(Иисус, Мария, Иосиф, Тереза [Авильская])

Иисус +

Моя дорогая Селиночка,

мы очень огорчены неприятностями, возникшими у тебя с твоей подопечной. Наша Матушка не собиралась посылать тебе письмо до твоего возвращения, но она так добра, она так любит свою Селину что зная, как той тяжело, хочет немного утешить ее, позволив Терезе написать словечко-другое.

Мы не знаем, как лучше поступить с домом, тебе следует посоветоваться с моим дядей, а мы согласимся с тем, что он решит; позже поговорим об этом при встрече. Твоя бедная подопечная весьма несчастна, имея такой скверный недостаток, а главное - из-за своей неискренности, но может тебе удастся обратить ее, как ты обратила и ее мужа? Господь, милостивый ко всем грешникам, достаточно силен, чтобы дать основание и тем, у кого его нет. Я буду молиться о ней, может, на ее месте я была бы еще хуже а она, возможно, была бы уже великой святой, получи она хоть половину тех милостей, которыми осыпал меня Бог.

Я считаю, что Иисус очень добр, раз позвляет моим коротеньким, убогим письмам приносить благо, но уверяю тебя, что не ошибаюсь на свой счет и не считаю это своей заслугой. "Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его" [Псалом 126:1]. Самые прекрасные речи и величайшие святые были бы бессильны вызвать хоть одно движение любви в сердце, которое не принадлежит Иисусу. Он Один знает, как пользоваться своей лирой, никто другой не может заставить зазвучать ее мелодичные ноты, но Иисус использует все средства, все создания служат Ему и Он любит пользоваться ими в течение ночи этой жизни, чтобы скрыть свое восхитительное присутствие; но Он не скрывается настолько, чтобы нелья было догадаться о Его присутствии. На самом деле я чувствую, что часто Он дает мне озарения не для меня самой, а для своей Голубки, живущей в изгнании, для своей дорогой супруги. Это точно, и я вижу пример этого в самой природе. Вот - прекрасный персик [любимый фрукт Терезы], розовый и такой сладкий, что ни один кондитер не мог бы вообразить такой сладости. Скажи мне, Селина, разве это для персика благой Господь создал этот чудный розовый цвет, такой бархатистый, что на него приятно смотреть и приятно взять в руки? И разве для него самого Он использовал столько сахара?... Конечно нет, это не для него, а для нас. То, что принадлежит ему самому, сущность его жизни - это его косточка, мы можем отобрать всю его красоту, не отобрав его сути. Точно так же Иисусу угодно давать дары некоторым своим созданиям, но часто это для того, чтобы привлечь к себе другие сердца, а потом, достигнув цели, Он велит исчезнуть этим внешним дарам; Он полностью обнажает души тех, кто Ему особенно дорог. Находясь в таеой нищете, эти бедные души боятся, им кажется, что они ни на что не годны, раз получают от других и не могут ничего дать, но это не так, их сущность работает в тайне, Иисус формирует в них зародыш, который разовьется там, выше, на Небесах. Ему угодно показать им их ничтожество и свое могущество, Он достигает их, пользуясь самыми презренными средствами, чтобы показать, что это на самом деле работает Он один. Он торопится довести до совершенства свое творение на тот день, когда рассеются тени [Песн 4:6] и уже не будет посредников, но вечное Лицом к Лицу!... [1 Кор 13:12]
(Наша Матушка благодарит Мари [Герен] за ее письмо, также М. М. Гон., они очень ему рады).

Сестра Тереза Младенца Иисуса и Святого Лика,
недостойная монахиня-кармелитка