литературное

Дай я сейчас себе волю, заполонила бы всю вашу ленту попеременно цитатами из "Силы и славы" Грэма Грина и "Сокровенного дневника Адриана Пласса" :)
По-моему, они дополняют друг друга. Первая - повесть страшная и трагическая, хотя и написана без тени пафоса и, при всем богатстве наблюдений и рамышлений, живо и увлекательно. Второе, как следует из названия, - дневник, вся соль которого в юморе и самонаблюдении (равно как и наблюдении за окружающим(и). Короче говоря - в умении посмеяться над собой.
Что объединяет - то, что и там, и там человеку (и скажем прямо - именно христианину) приходится проникать в суть себя и своей веры. В истории мексиканского падре это происходит под нажимом страдания, страха и близости смерти, в истории незадачливого харизматика - под влиянием "чрезвычайно болезненных переживаний, с которыми я столкнулся в церкви, и юмор был одним из способов со всем этим справиться." Сравнивать их сюжеты, по-моему, нельзя; они как бы из разных миров, но при этом - об одном и том же, о человеке.
Все-таки две цитаты, соответственно:

( 1) исповедь )

***
( история с рождественскими хоралами )

детский сад или хроника идиотизма

Г. Честертон в "парадоксах мистера Понда" писал, что в жизни все не происходит, как в книгах - могут быть совпадения, встречаться похожие зачины, но закончится история непременно иначе, точнее, начнется другая история.

Так вот - история о живой изгороди из уже упомянутого дневника Адриана Пласса
имена, явки, адреса и некоторые (почти все) обстоятельства изменены, остальное - совсемкак в жизни :)

( начало )

Понедельник, 27 января


Проснулся вполне здоровым. Отправился на работу. Решил с сегодняшнего дня ходить в офис кружным путём, через кладбище. Это, конечно, немного дальше, но лишняя физическая нагрузка мне не помешает.
Перед самым выходом Энн сказала:
— Ах, да, кстати — что это ты хотел сказать про соседа?
Притворился, что не понимаю, о чём она.
— Ты ещё бормотал про него вчера, лёжа в постели. Что-то там насчёт кальмара и не зовут ли его Стюартом. Сосед через три дома от нас, с розами под окнами. С чего это ты вдруг?
Я с трудом подавил внутреннюю панику и небрежно сказал:
— Да,.. кажется, теперь припоминаю. Э-э… видишь ли, на днях я... я видел его в саду и решил… написать про него стихотворение. Но оно ещё не закончено.
— Ты написал стихотворение про соседа через три дома от нас? — спросила Энн.
— Да.
— Про того, который похож на кальмара и которого, может быть, зовут Стюартом?
— Э-э... Ну, да. Кстати, там будет ещё и мишень для дротиков. Ну ладно. Мне пора. А то опоздаю.
Уходя, заметил, как озадаченная Энн беззвучно произносит фразу «мишень для дротиков». Не успел я сделать и нескольких шагов, как она окликнула меня из окна.
— Ты куда, Адриан? Тебе же в другую сторону! Я знаю, ты три дня не был на работе, но не мог же ты за это время забыть туда дорогу.
— Нет, нет, всё в порядке, — крикнул в ответ я, стараясь, чтобы голос мой звучал как можно беззаботнее. — Я знаю, что кружной путь немного длиннее, но мне полезно ходить пешком.
— Адриан, милый, эта дорога длиннее почти на целую милю, — сказала Энн, — а ты и без того опаздываешь. Что с тобой случилось?
Уже готов был сорваться и закричать, но вместо этого твёрдо сказал:
— Я чувствую ведение Духа идти в офис дальней дорогой и потому пойду именно ею, что бы ты там ни говорила.

( дальше )